Крупнейший антикварный портал для коллекционеров, антикваров и арт-дилеров.
 |
|
|
Современники княгини расходились во взглядах на эту незаурядную женщину: кто-то восхищался ею, кто-то распускал о ней слухи как о своенравной и необузданной особе. В ее жизни и карьере были взлеты и падения, близость ко двору и отдаление от него вплоть до ссылки. Мы не будем пытаться делать какие-то выводы, просто совершим иконографический экскурс┘ |
╚Российского Императорского Двора статс-дама, Святой Великомученицы Екатерины ордена кавалер, Императорской Академии наук директор, Российской Императорской Академии президент, Римско-Императорско-Эрлангенской, Королевских Стокгольмской и Дублинской академий член, обществ ≈ Берлинского испытателей природы, философического в Филадельфии, Цельского земледелия, Санкт-Петербургского экономического и Московского университета ≈ член╩. Таков полный титул княгини Екатерины Романовны Дашковой, урожденной графини Воронцовой (1743/44√1810).
Княгиня Е.Р. Дашкова принадлежала к высшему петербургскому свету. Она была дочерью графа Романа Илларионовича Воронцова, крестницей ≈ императрице Елизавете Петровне и наследнику русского престола великому князю Петру Федоровичу, сестрой ≈ фаворитке императора Петра III Елизавете Романовне Воронцовой, а с 1758 года стала женой князя М.И. Дашкова.
Благодаря родственным связям, она рано попала в придворные круги и близко познакомилась с великой княгиней Екатериной Алексеевной, будущей императрицей. Деятельная и энергичная, Екатерина Романовна приняла активное участие в дворцовом перевороте 28 июня 1762 года, в результате которого был свергнут император Петр III и на престол взошла его жена Екатерина II.
В девятнадцать лет Дашкова стала кавалерственной дамой ордена Св. Екатерины большого креста и статс-дамой двора Ее Императорского Величества. Эти знаки высочайшего внимания она получила не за заслуги мужа, а за ╚услуги╩, оказанные ею императрице и Отечеству.
Во время дворцового переворота 28 июня 1762 года Дашкова находилась рядом с императрицей. Кульминацией ╚революции╩ была присяга гвардейских и армейских полков Екатерине II в старом Казанском соборе на Невском проспекте в Петербурге.
Екатерина была в парадном платье с чересплечной красной лентой с серебряной каймой и звездой ордена Св. Екатерины большого креста (I степени). В XVIII веке самодержавный император носил знаки высшего российского ордена Св. Андрея Первозванного ≈ голубую ленту и звезду на левой стороне груди. Его супруга-императрица носила знаки ордена Св. Екатерины ≈ красную с каймой ленту и звезду. Став самодержавной императрицей, Екатерина II по статусу должна была носить знаки андреевского ордена. Дашкова заметила упущение, попросила у графа Н. Панина голубую андреевскую ленту и подала ее Екатерине. Поменяв ленты и звезды, Екатерина отдала екатерининскую ленту и бриллиантовую звезду Дашковой, которая положила знаки екатерининского ордена в карман. Она вспомнила о них только вечером и поспешила во дворец. Екатерина II взяла ленту и звезду и тут же возложила их на Дашкову, отметив этим ее заслуги в ╚июньской революции╩. Дальнейшая деятельность Екатерины Романовны, несмотря на размолвку с императрицей, была, на редкость, плодотворной.
Глава двух российских академий, издатель журнала ╚Собеседник любителей российского слова╩, публиковавшего произведения Г.Р. Державина, Д.И. Фонвизина, Я.Б. Княжнина, инициатор создания ╚Словаря Академии Российской╩, переводчик сочинений Вольтера, стихотворец, драматург, автор мемуаров ≈ таков краткий перечень деяний Е.Р. Дашковой.
Несмотря на прижизненную известность и посмертную славу, до нас дошло всего несколько достоверных портретов Е.Р. Дашковой. Время от времени, портреты неизвестных дам, чертами лица напоминающих княгиню, объявлялись ее изображениями. Так ╚Портрет неизвестной дамы в малиновом платье╩ (из собрания П.М. Романова), выполненный знаменитым русским художником Д.Г. Левицким в 1774 году и ныне принадлежащий Русскому музею, довольно долго считался изображением Е.Р. Дашковой. Нечто подобное произошло и с миниатюрой из Государственной Третьяковской галереи.
В 1930 году в собрание Третьяковской галереи из Государственного музея керамики (ныне ≈ Государственный музей керамики и ╚Усадьба Кусково XVIII в.╩) поступил миниатюрный портрет княгини Е.Р. Дашковой работы неизвестного художника последней четверти XVIII века. В музей керамики миниатюра с именем Дашковой попала из собрания известного московского коллекционера Алексея Викуловича Морозова (1857√1934). Почему А.В. Морозов считал миниатюру изображением Е.Р. Дашковой ≈ неизвестно.
В 1979 году В.С. Турчин и В.И. Шередега впервые опубликовали миниатюрный портрет, якобы изображавший Е.Р. Дашкову, в альбоме ╚В окрестностях Москвы╩ (М., 1979). Было вполне очевидно, что на миниатюре изображена другая женщина. В 1762 году княгиня стала кавалером ордена Св. Екатерины и статс-дамой двора Екатерины II. Этих знаков отличия нет на миниатюре, которую авторы публикации датируют 1780-ми годами. Кроме того, так называемая ╚Княгиня Дашкова╩ внешне не похожа на достоверные портреты Екатерины Романовны.
Что бы убедиться, что на миниатюре запечатлена не княгиня Дашкова, можно сравнить миниатюру с двумя гравированными изображениями Е.Р. Дашковой. Первый прекрасно исполненный пунктиром и отпечатанный сангиной портрет нарисован в 1777 году в Англии русским художником и гравером Г.И. Скородумовым. Второй гравированный портрет выполнен И.С. Майером с оригинального портрета кисти Д.Г. Левицкого, который специалисты датируют 1784 годом. На нем княгиня представлена со знаками ордена Св. Екатерины и статс-дамским портретом. Даже неискушенный зритель, сравнив гравюры и миниатюрный портрет, может убедиться, что на третьяковской миниатюре изображена, увы, не княгиня Е.Р. Дашкова.
Вторично миниатюрный портрет был воспроизведен в научном каталоге Третьяковской галереи как ╚Портрет неизвестной╩ (╚Портретная миниатюра XVIII √ начала XX века╩. М., 1997, ╧ 28). Авторы каталога Л.И. Певзнер и И.М. Сахарова обоснованно отвели имя Екатерины Романовны от миниатюры, так как ╚изображенная не имеет сходства с известными портретами Е.Р. Дашковой╩. Вопрос же о том, кто изображен на миниатюре, остался открытым.
Мы обратили внимание, что ╚Неизвестная╩ имеет физиономическое сходство с Елизаветой Петровной Квашниной-Самариной, портрет которой находится в собрании петербургского Русского музея. Его авторство принадлежит французскому художнику Жану Луи Вуаля. Модели изображены в одном ракурсе, что упрощает их сравнение. Еще один портрет Е.П. Квашниной-Самариной хранится в Тамбовской областной картинной галерее, на котором запечатлена та же модель. Только в другом платье, что на портрете Вуаля.
Идентичность моделей с тамбовского и петербургского портретов позволяет утверждать, что на миниатюре из Третьяковской галереи запечатлена Елизавета Петровна Квашнина-Самарина (1773√1828) ≈ дочь действительного тайного советника и президента Юстиц-коллегии Петра Федоровича Квашнина-Самарина и его супруги Анастасии Петровны.
В 1796 году Елизавета Петровна за заслуги отца была пожалована во фрейлины двора Ее Величества. В качестве фрейлины она носила на плече фрейлинский шифр ≈ вензель ╚EII╩ под короной на голубой ленте.
Через год Квашнина-Самарина вышла замуж за дипломата графа Григория Ивановича Чернышева, ставшего впоследствии действительным тайным советником, обер-шенком, действительным камергером, кавалером ордена Св. Александра Невского и Св. Анны. На дипломатической службе он ничем себя не проявил, поэтому чины и звания получал не за личные заслуги, а благодаря своей родовитости и положению при императорском дворе. По отзывам современников, граф был человеком легкомысленным, праздным. В своем имении Тагино Орловской губернии он устраивал роскошные балы и великолепные театральные представления.
Опорой семьи, состоящей из шести дочерей и сына, была Елизавета Петровна. Лето графское семейство обычно проводило в Тагино. Здесь их навестил граф М.Д. Бутурлин, оставивший подробное описание тагинской жизни. По словам мемуариста, графиня Елизавета Григорьевна ╚была женщина с сильным характером, граничившим даже со строгостию в деле семейного управления╩.
Для обучения шести дочерей в Тагино приглашались учителя французского языка, музыки и рисования. Один из них, итальянец Маньяни, оставил рисованные карандашом портреты юных сестер-графинь.
Гроза разразилась в декабре 1825 года. В Тагино приехали погостить дочь Александра Григорьевна с мужем, капитаном гвардии Генерального штаба Никитой Михайловичем Муравьевым, а также сын, ротмистр Кавалергардского полка граф Захар Григорьевич. За праздничным столом собралось все многочисленное семейство Чернышевых. Поднимали бокалы, говорили тосты┘ Казалось, что спокойной жизни многочисленного семейства графов Чернышевых не будет конца...
Совершенно неожиданно для домашних, ничего не знавших об участии сына и зятя в тайных обществах, 20 декабря в Тагино приехал жандармский офицер с солдатами и арестовал Н.М. Муравьева и З.Г. Чернышева как ╚опасных государственных преступников╩. Графиню Елизавету Петровну разбил паралич. Дом в Тагино погрузился в траур.
10 июля 1826 года в Царском Селе император Николай I подписал приговор Верховного уголовного суда по делу участников восстания 14 декабря 1825 года и членов тайных обществ. Сын и зять были осуждены на каторжные работы и сосланы в Сибирь. Дочь Александра, оставившая троих маленьких детей на попечение свекрови Е.Ф. Муравьевой, добровольно отправилась в Сибирь, вслед за мужем.
╚Удрученная недугами и душевными потрясениями, графиня Елизавета Петровна╩ таяла на глазах. Незадолго до кончины она в последний раз проявила свои лучшие качества: мужество и твердость. Две ее дочери были помолвлены. Прикованная к постели, Елизавета Петровна пригласила в свою комнату мужа и дочерей. Она попросила их не соблюдать годичного траура после ее смерти и в назначенное время сыграть свадьбы. Ее последняя воля была исполнена.
Графиня Елизавета Петровна Чернышева, урожденная Квашнина-Самарина, умерла 16 февраля 1828 года в Москве.
Вернемся к портрету из собрания Третьяковской галереи. На миниатюре Елизавета Петровна Квашнина-Самарина изображена в светлом платье, перетянутом в талии темным поясом, на плечи накинута прозрачная косынка ≈ канзу, концы которой завязаны на груди голубым бантом. Пышно взбитые волосы напудрены, один локон кокетливо спускается на плечо. Форма прически и покрой платья при сравнении с подписными женскими портретами работы Ф.С. Рокотова и Д.Г. Левицкого позволяют датировать миниатюрный портрет концом 1780-х годов. Елизавета Петровна на миниатюре запечатлена юной девушкой, еще до пожалования во фрейлины (нет фрейлинского знака отличия). Ей, должно быть, исполнилось шестнадцать лет ≈ время первого выезда в свет и начала ╚взрослой╩ жизни. Возможно, в связи с этим событием и был заказан миниатюрный портрет Лизы Квашниной-Самариной, который хранится в Третьяковской галерее.
