Крупнейший антикварный портал для коллекционеров, антикваров и арт-дилеров.
 |
|
|
Горожане, пришедшие на празднование 300-летия Санкт-Петербурга, могли видеть три высокие мачты, время от времени проплывавшие над заполненной людьми набережной. В параде кораблей участвовала копия первого корабля Балтийского флота, подлинное изображение которого обнаружено на самом раннем плане Санкт-Петербурга. |
Силуэт старинного парусника словно сошел с гравюр петровского времени: изящный корпус, снасти, массивные блоки, мерно покачивающиеся над гладью Невы, приспущенные паруса, чугунные пушки в открытых люках┘ Резная корма украшена двуглавым орлом, держащим карты четырех морей ≈ тех самых, о которых так мечтал Петр Великий, в центре кормы между ╚капитанскими╩ окошками ≈ герб Санкт-Петербурга с многозначительной датой ╚1703╩. Резную композицию довершает ярко-желтая надпись, выведенная на черном фоне, ≈ ╚Штандарт╩. История этого легендарного фрегата неразрывно связана c Петербургом. Корабль был воссоздан Морским историческим клубом ╚Штандарт╩.
Добиваясь возвращения России к берегам Балтики, Петр I счел необходимым основать в Южном Приладожье несколько верфей: для ведения военных действий нужен был мощный военный флот. В Россию были срочно вызваны лучшие европейские корабелы, способные строить военные суда на ╚галанский манер╩.
Одна из таких верфей была заложена в устье реки Сясь, вблизи ее впадения в Ладожское озеро. Но более важное значение для будущего флота сыграла Олонецкая верфь на реке Свирь. ╚Сперва на Олонецком верфу флот зачался делать╩, ≈ отмечал Петр I в 1707 году в одном из писем.
Место для будущей верфи определил сам царь. Возвращаясь из беломорского похода 1702 года, он обратил внимание на огромные сосновые леса, растущие по берегам Свири, и в особенности отметил территорию, где теперь стоит город Лодейное Поле. Петр приказал основать здесь корабельную верфь и назвал ее по имени губернии Олонецкой. Закладку первого Балтийского фрегата царь поручил голландскому мастеру Выбею Геренсу и русскому корабельному подмастерью Ивану Немцову. Последний происходил из северодвинских крестьян и славился в Архангельске как искусный строитель промысловых судов. В конце XVII века Немцов работал на Воронежской верфи, где и был замечен Петром. Кроме Геренса и Немцова в строительстве фрегата участвовали 50 олонецких плотников, 120 работных людей (из них 60 с лошадьми) и 20 кузнецов. Строительство парусника шло очень быстро, и через пять месяцев основные работы были закончены. В августе 1703 года царь прибыл на Олонецкую верфь и 22 августа уже руководил спуском корабля на воду. Западные послы отмечали, что в петровскую эпоху никогда так сильно не пили, как в дни спуска кораблей. Можно себе представить, что происходило в этот день на берегах Свири, где собрались олончане, каргопольцы, белозерцы и голландцы┘ Правда, не лишним будет отметить, что спуск большого парусника был довольно опасным мероприятием и жизнь царя-плотника в такие минуты нередко висела на волоске. Об этом сообщает в своей депеше к королю французский посланник де Лави. Он описывает спуск подобного фрегата: ╚Ваше Преосвященство, ≈ пишет посланник. ≈
В прошлое воскресенье царь велел спустить на воду восьмидесятипушечный корабль, названный "Св. Петр"; он все время присутствовал при этой работе, ободряя собственным примером рабочих, окончивших корабль; не раз он с топором в руках помогал подрубать подводы, не обращая внимания на опасность, и увлекался нетерпением, несмотря на виденные им примеры, ибо при спуске последнего корабля два человека были убиты, третий спасся каким-то чудом, так как корабль прошел через него, не задев его╩.
Восьмого сентября 1703 года царь повел ╚Штандарт╩ через Ладогу под именем капитана Петра Михайлова. Однако незнакомый с лоцией озера Петр Великий не справился с управлением и посадил фрегат на мель недалеко от устья Свири. Сообщение об этом происшествии мы находим в Реляции, где говорится, что при прохождении крупнейшего озера Европы ╚фрегат сей стал на мель и претерпел некоторое повреждение╩┘ О дальнейших событиях Реляция умалчивает, но известно, что фрегат ╚Штандарт╩ благополучно прибыл в Санкт-Петербург. Первое боевое крещение фрегат получил в 1705 году, когда шведский флот предпринял попытку прорваться к молодой столице. Как видно из ╚росписи кораблям, которые были в баталии со шведами при Кроншлоте╩, ╚Штандарт╩, усиленный шестифунтовой артиллерией, под командованием капитана Де Ланга отважно держал оборону.
В последующие военные кампании фрегат охранял Невское устье, но уже в 1709 году адмирал Крюйс признал его ветхим и с согласия Петра отправил в ремонт. Видимо, сказалась спешка в строительстве первого балтийского фрегата; не исключено, что материалом для него послужил сырой, невыдержанный лес. Весной 1712 года обновленный ╚Штандарт╩ вновь начал свою службу на Балтийском флоте, но уже через семь лет его поместили на почетную стоянку у Петропавловской крепости. Здесь по указу царя он должен был ╚храниться вечно как первенец флота и памятник отечественного кораблестроительного искусства╩. Однако благородным намерениям Петра не суждено было сбыться: к царствованию Екатерины I корабль настолько обветшал, что его пришлось разобрать.
В 1727 году императрица предоставила Коллегии следующий указ: ╚В память его имени, какое Его Величество Петром I было дано, заложить и сделать новый╩. Но смерть Екатерины и последующая эпоха дворцовых переворотов помешали построить копию фрегата┘ Только спустя 270 лет Морской исторический клуб ╚Штандарт╩ взялся выполнить забытый указ императрицы. ╚Мы хотим вернуть городу частицу его былой красы, ≈ говорил в начале строительства идейный вдохновитель проекта капитан Владимир Мартусь. ≈ Во многих морских столицах мира ≈ Амстердаме, Лондоне, Стокгольме ≈ есть старинные парусники, а в Питере почему-то нет┘ Создавая копию фрегата, мы преследуем несколько целей. ⌠Штандарт■ может стать своеобразным музеем, так как все, что находится на верхней палубе (мачты, паруса, пушки), исторически достоверно. При этом корабль будет ⌠начинен■ самым новейшим навигационным оборудованием. Чтобы окупить расходы по содержанию фрегата, мы планируем также использовать ⌠Штандарт■ как комфортабельное круизное судно, сочетающее в себе современный комфорт кают с романтикой деревянной палубы и льняных парусов╩. Приступив к работам по воссозданию парусника, Мартусь и его команда столкнулись с серьезной проблемой: чертежи ╚Штандарта╩ не сохранились ни в архивах, ни в музейных коллекциях. Приведенные в анналах морской истории описания его конструкции далеко не полны, до обидного мало дошло до нашего времени изображений ╚Штандарта╩. В распоряжении корабелов были только очень схематичная гравюра и план с расположением русского и шведского флотов у острова Котлин в 1705 году.
Помощь пришла неожиданно. Оказалось, что в Центральном военно-морском музее уже несколько лет хранятся чертежи легендарного фрегата, выполненные морским историком Виктором Крайнюковым. ╚О главных измерениях фрегата, ≈ пишет Крайнюков, ≈ можно судить по двум корабельным документам первой четверти VIII века ≈ ⌠Книге корабельного строения Олонецкой верфи■╩ и ⌠Списку судов, построенных на Олонце■. Из них следует, что длина корпуса по палубе составляет 90 голландских футов (25,47 метра), а глубина трюма ≈ 9 футов (2,55 метра). Фрегат имел три мачты с тремя ярусами парусов, сшитыми из голландского канифаса. Артиллерийское вооружение ⌠Штандарта■ составляло от 22 до 28 пушек╩. При работе над чертежами Крайнюков использовал методику построения корпусов кораблей, приведенную в трудах голландцев Ван Эйка (1697) и Клауса Аллярда (1705). В результате кропотливой работы историку удалось восстановить близкий к достоверности образ первого корабля Балтийского флота.
Прежде чем использовать эти чертежи для строительства настоящего фрегата, Мартусь внес в них изменения в соответствии с регистром безопасности Ллойда. Чтобы ╚Штандарт╩ имел неограниченную акваторию плавания и даже мог ходить в кругосветные путешествия, в чертежах отвели место под двигатели. Подпалубное пространство разделили на четыре водонепроницаемых отсека. В каждом из них ≈ водоотливная и противопожарная системы. Следуя тому же регистру, пришлось добавить и число шпангоутов (ребер корабля). Теперь они должны стоять ближе друг к другу, чем это было в петровские времена.
╚Небываемое бывает╩, ≈ так любил говорить Петр Великий. Через пять лет после начала строительства копия фрегата ╚Штандарт╩ в присутствии многих тысяч петербуржцев под торжественные марши и салют над Невой была спущена на воду. В последующие семь сезонов фрегат посетил почти все европейские порты и даже дважды участвовал в престижной регате ╚Катти Сарк╩. На палубу нашего парусника, несущего на корме герб Санкт-Петербурга, поднимались послы, принцы и короли. Особенно полюбился ╚Штандарт╩ его высочеству принцу Майклу Кентскому ≈ брату Чарлза: он видел фрегат еще в процессе строительства и поэтому посетил корабль, когда ╚Штандарт╩ зашел в Лондон...
Хенниг Гоез, председатель гильдии старинных судов города Бременхафен, отвечая на вопрос, существует ли в Германии что-либо подобное ╚Штанадарту╩, сказал: ╚Ничего подобного ≈ ни по размерам, ни по качеству. ⌠Штандарт■ великолепен! Потрясающая работа! Вызывает уважение такое отношение к истории. У нас аналогичное строительство было бы невозможно. Я рад помочь питерским корабелам и был бы счастлив иметь такое судно в Германии. Но пока приходится только мечтать╩. Со дня спуска ╚Штандарта╩ прошло уже несколько лет. Однако все эти годы я не мог смириться с мыслью, что мы так и не знаем, как выглядел подлинный ╚Штандарт╩ образца 1703 года. И потому когда в мои руки попадались гравюры петровского времени или шведские карты эпохи Северной войны, я всегда внимательно всматривался в них с надеждой увидеть силуэт флагмана Балтийского флота. Раскрыв недавно вышедшую книгу Т.А. Базаровой ╚Планы петровского Петербурга╩, я нашел в ней любопытную карту, которая называлась ╚Чертеж Ниеншанца и заложенного ныне Петербурга, снятый 19 июля 1704 г.╩. По словам исследовательницы, этот рукописный безмасштабный чертеж является самым ранним планом нашего города, хранящимся в Государственном архиве Швеции. Он прилагался к донесению командующего финляндской армией генерал-лейтенанта барона Иоганна Георга Майделя. Шведский генерал сообщал комиссии по обороне Стокгольма, что ╚насколько можно╩ рассмотрел издалека вид Петербурга со стороны суши и отметил, что его ╚расположение очень верно выбрано и все, что видно, удобно╩.
Ориентированный на юг чертеж выполнен тушью и чернилами; все надписи сделаны на шведском языке. В левой части плана хорошо просматривается горящая на мысу крепость. Внизу ≈ пояснение, что это ╚Ниеншанц, который неприятель сжег 12 июля 1704 г.╩. Выше по течению Невы мы находим одноэтажную бревенчатую постройку ≈ это ╚верфь неприятеля╩; узнаются знакомые очертания Петропавловской крепости. Соответствующая надпись поясняет, что это ╚названный неприятелем Петербург, который стоит на Генисари╩. Чуть ниже, на Березовом острове, помещены дворец Меншикова и летний домик Петра I. Но самое интересное мы находим в правой части плана, где на якорях застыли четыре парусника. ╚Неприятельские военные корабли и судно╩, ≈ так подписал шведский генерал в пояснениях к рисункам┘ Корабли изображены довольно подробно и со знанием дела. Тщательно прорисованы оснастка, убранные паруса, марсовые площадки, сигнальные фонари на корме. На двух кораблях пушечные порты приподняты, а на других ≈ опущены.
В самом крупном из парусников, изображенном в центре Невы, узнается┘ ╚Штандарт╩. На плане ≈ флагман: самый длинный вымпел, установленный на грот-мачте, гордо развевается по ветру, с кормы свешивается гигантский румпель, на левом пузатом борту красуются шесть пушечных портов ≈ больше, чем у какого-либо из соседних кораблей; они открыты, и в них просматриваются круглые жерла пушек. ╚Штандарт╩, как известно, считался 28-пушечным кораблем, но его вооружение в отдельные годы было различным и сос-тавляло от 22 до 28 пушек. Так что нет ничего удивительно в том, что в 1704 году ╚Штандарт╩ обладал неполным, так называемым облегченным вооружением.
А что мы видим на форштевне судна ≈ в его носовой части? Создатель плана изобразил в носовой части судна фигуру льва. О том, что носовым украшением ╚Штандарта╩ являлся лев, упоминается в документе 1707 года, подписанном мастером Р. Горшнелем: ╚На фрегате ⌠Штандарт■┘ у льва починить ногу╩. На этом ╚шпионском чертеже╩, составленном боевым шведским генералом 300 лет назад, изображен именно он, ╚Штандарт╩. Сколько лет сотрудники Эрмитажа, Публичной библиотеки, библиотеки Академии наук, Морского музея в Амстердаме помогали нам в поисках его изображений, но безуспешно. ╚Штандарт╩ хранил свою тайну на другом берегу Балтики, в Стокгольме, в Государственном архиве Швеции.
Андрей Епатко,
научный сотрудник Государственного Русского музея
