В мире антиквариата

Две фарфоровые фигурки Анны Павловой в костюмах Леона Бакста

В витринах антикварных салонов Москвы и Санкт-Петербурга иногда появляются фарфоровые фигурки, которые изображают великую русскую балерину Анну Павлову (1881-1931). Они украшают и личные собрания многих коллекционеров фарфора. В 1985 году две такие статуэтки попали в Государственный музей-заповедник 'Петергоф' по завещанию ленинградцев А. А. и Р. М. Тимофеевых вместе с их собранием живописи, графики и фарфора - сейчас оно представлено в Музее коллекционеров, входящем в состав петергофского заповедника. Атрибуция фигурок Анны Павловой казалась достаточно полной и устоявшейся. Однако, более внимательное изучение поставило ряд вопросов, ответы на которые позволили уточнить и дополнить имеющиеся сведения.

Одна из фигурок - Анна Павлова в роли Жизели в одноименном балете А. Адана. Известно, что модель была выполнена в 1913 году для Императорского фарфорового завода скульптором Серафимом Судьбининым. Анна Павлова изображена в костюме, состоящем из длинной тюники и короткого лифа с расширяющимися, украшенными воланами, рукавами, закрывающими локти. Тюника, лиф и рукава украшены лентами и бантами. Этот сценический костюм отличается от известных по фотографиям костюмов, принятых для роли Жизели, в том числе в исполнении Анны Павловой в период ее работы в Мариинском театре, а также других исполнительниц этой роли, например, Тамары Карсавиной, танцевавшей Жизель в 'Русских сезонах' 1910 года. Для нее эскиз костюма был выполнен Александром Николаевичем Бенуа. (См.: Боулт Д. Художники русского театра. Собрание Никиты и Нины Лобановых-Ростовских. М., 1990. С. 23).

В аннотации к фигурке в альбоме, посвященном 250-летию Императорского фарфорового завода (Русский фарфор. 250 лет истории. М., 1995. С. 119), указывается, что балерина изображена в роли Жизели в постановке этого балета в 'Русских сезонах' 1909 года в Париже. Однако в указанном году Сергей Дягилев не включал 'Жизель' в программу своей антрепризы. Не участвовала Анна Павлова и в 'Сезонах' 1910 года. Главную роль в 'Жизели', на этот раз вошедшей в программу, исполняла Тамара Карсавина. Осенью 1911 года во время своих гастролей в Лондоне Павлова вновь приняла, уже в последний раз, участие в дягилевском 'Русском балете' и танцевала Жизель. Это была одна из любимых партий балерины, которую она впервые получила в Мариинском театре в 1903 году. И в дальнейшем Павлова исполняла ее с неизменным успехом, уже со своей балетной труппой.

Модель фигурки Анны Павловой была заказана С. Судьбинину Императорским фарфоровым заводом в 1913 году, когда слава русской балерины была в самом расцвете. Администрация завода возлагала большие надежды на успех этой фарфоровой статуэтки, в том числе за границей. Свидетельством тому документы из переписки скульптора с заводской администрацией. В письме исполняющему должность управляющего Кабинетом ЕИВ Е. Н. Волкову он пишет: ':Смею уверить Ваше Превосходительство что один Лондон, в один день раскупит 500 экземпляров. Популярность Павловой здесь громадная, а после ряда статей в Лондонских журналах о том, что ее фигура будет выполнена на Императорском фарф. заводе здесь только и ждут появления в свет этой работы' (РГИА. Ф. 503. Оп. 2. Д. 655, 1913 г. Л. 10-11). Судьбинин работал в Лондоне, так как балерина в это время находилась там на гастролях. По контракту он должен был сдать модель в этом же году, причем представить заводу окончательный вариант, выполнив также роспись на фарфоровом образце. Однако, не желая ехать в Петербург, Судьбинин потребовал, чтобы роспись выполнил заводской живописец, мотивируя это тем, что костюм очень прост: 'по краскам... [он] белый, с нашитыми на него в три ряда, на юбке, голубыми лентами: Таковая же лента на корсаже и на рукавах. Туфли такого же цвета или белые с черными бантами. Венок на голове -- цветы белые с зелеными листьями, цвет волос черный, с теплым оттенком. В руках маргаритка. Ствол дерева с зелеными листьями и трава под ногами. Подставка темно-синего тона'(РГИА. Ф. 503. Оп. 2. Д. 655, 1913 г. Л. 28).

Рамки поиска времени появления костюма Жизели, в котором балерина изображена скульптором, ограничились благодаря фотографии, опубликованной в энциклопедии 'Балет' (М., 1981. С. 387): на снимке сцена из 'Жизели', где главную роль исполняет Павлова в таком же костюме, как на фарфоровой фигурке, а в роли Альберта Лаврентий Новиков, ставший ее партнером в 1912 году. Но главной удачей стал сборник статей 1913 года о прославленной балерине, в который также вошли ее автобиографические заметки. (Anna Pawlowa. Berlin, 1913.) Сборник вышел в Берлине и был посвящен гастролям Анны Павловой в столице Германии. Среди других иллюстраций там опубликован эскиз костюма с подписью: Giselle, Kost?mzeichnung f?r Anna Pawlowa von Leon Baxt ('Жизель, эскиз костюма для Анны Павловой Леона Бакста').

Таким образом, атрибуция фигурки Анны Павловой в роли Жизели по модели С. Судьбинина уточняется дополнительными сведениями: балерина изображена в костюме, выполненном для нее около 1912 года по эскизу Л. Бакста. Кроме того, публикация эскиза из берлинского сборника статей 1913 года позволяет включить его в научный оборот для дальнейших исследований творчества выдающегося художника, так как этот эскиз не встречается в трудах о Баксте ни в виде иллюстраций, ни в списке его работ.

Творческие и дружеские связи Анны Павловой и Леона Бакста были очень давними и крепкими. В ноябре 1913 года на открытии выставки его произведений в Нью-Йорке Павлова говорила о своей любви к творчеству художника и о том, как она 'счастлива, что танцует в костюмах, сделанных по его эскизам' (Цит по: Пружан И. Н. Лев Самойлович Бакст. Л., 1975. С. 177). Эта дружба началась еще в 1907 году, когда Бакст выполнил оставшийся для Павловой навсегда самым любимым костюм для танца 'Лебедь', который вскоре стал называться 'Умирающий лебедь'. Его балерина впервые исполнила в Мариинском театре на благотворительном концерте 22 декабря 1907 года.*

С этим театральным образом Павловой связана вторая изображающая ее фарфоровая фигурка из собрания Тимофеевых в коллекции 'Петергофа'. Она была выполнена по модели Натальи Данько в 1932 году на Ленинградском фарфоровом заводе.

По традиции, которая началась с публикации этой фигурки исследователем фарфора Борисом Николаевичем Эмме в 1937 году, она атрибутируется как Анна Павлова в партии Одетты в балете П. И. Чайковского 'Лебединое озеро'. Однако поза и костюм балерины в фарфоровой композиции абсолютно идентичны изображению Анны Павловой на фотографии, хранящейся в Государственном музее театрального и музыкального искусства в Санкт-Петербурге, подпись под которой гласит: 'А. П. Павлова в концертном номере 'Умирающий лебедь' на музыку Сен-Санса. 1915. Балетмейстер М. М. Фокин. Художник Л. С. Бакст'. Быть может, именно эта фотография и вдохновила скульптора Н. Данько на создание фигурки в фарфоре. Автор монографии о творчестве Данько Ю. Эбин также определяет это произведение как изображение 'выдающейся русской танцовщицы в финале 'Умирающего лебедя' (Эбин Ю. Наталья Яковлевна Данько. 1892-1942. М., 1955. С. 31).

Наконец, решающим аргументом в пользу 'Умирающего лебедя' оказывается, собственно, костюм, созданный по эскизу Бакста и никогда не изменявшийся балериной: белая пачка, украшенная лебедиными крыльями, лиф, отороченный лебяжьим пухом, маленькая шапочка из лебединых перьев на голове, рубиновая брошь на груди, символизирующая каплю крови раненого Лебедя. На груди фигурки, созданной Данько, имеется рельефная брошь, которая на многих репродукциях не имеет раскраски, в том числе на экземплярах из коллекции Тимофеевых и Музея фарфора Государственного Эрмитажа, расположенного на территории АО 'Ломоносовский фарфоровый завод'. В фондах же Русского музея хранится экземпляр фигурки с окрашенной розовой краской брошью и такими же брызгами на лифе вокруг нее.

Наталья Данько выполнила модель в 1932 году, через год после смерти Анны Павловой, но, возможно, работу над ней она начала еще в 1931 году, находясь, как и многие, под впечатлением огромной утраты великой балерины. 'Умирающий лебедь' был не только самым любимым танцем Анны Павловой, он стал ее символом. В память о 'Русском Лебеде' 25 января 1931 года (через два дня после ее кончины) 'в Лондоне, где Павлову буквально боготворили... оркестр исполнил музыку Сен-Санса при открытом занавесе. На сцене не было никого, лишь прожектор скользил по сцене, следуя привычным мизансценам. Зрители стояли, пока не смолкла последняя нота...' (Цит. по: Рославлева Н. Жемчужина русского балета // Музыкальная жизнь. 1968, ? 4. С. 15).

* В книге Ирины Пружан (Prushan I. Leon Bakst. Л., 1986. С. 220) эскиз указан в списке произведений Бакста 1907 года, но его репродукции нет. Местонахождение эскиза на сегодняшний день неизвестно.