Сердечная дружба

Дата публикации: 07.06.2005 Источник: Журнал "Антик.Инфо" Автор: Олег Покровский

Добавить отзыв

В Государственном музее-заповеднике ╚Царское Село╩ завершила свою работу Х ежегодная научная конференция. В отличие от предшествовавших мероприятий, на сей раз все без исключения доклады касались русско-германских культурных связей. Во многом это объяснялось тем, что 2004 год был годом Германии в России.

Форма генерала 2√го Саксонского артиллерийского ╧28 полка (ГМЗ Царское Село) [увеличить (31k)]

Диапазон выступлений был достаточно широким, поэтому, говоря о конференции, мы остановимся только на одном аспекте русско-немецких отношений ≈ ╚сердечной дружбе╩, связывавшей династии Романовых и Гогенцоллернов.

Когда зародилась эта дружба? Наверное, в ночь с 3 на 4 ноября 1805 года в Потсдаме, когда возле гроба Фридриха Великого два царствующих монарха ≈ Александр I и Фридрих-Вильгельм III, в присутствии супруги последнего, королевы Луизы, торжественно поклялись друг другу в ╚вечном союзе╩.

В последующие семь лет этот союз прошел через серьезные испытания. Сначала Александр I и Фридрих-Вильгельм III вместе боролись против Наполеона, а затем прусские войска вместе с французами принимали участие в походе на Россию. Но вот грянул судьбоносный 1813 год, когда русские и пруссаки плечом к плечу бились под Кульмом, Кацбахом, Лейпцигом. Чуть позже было триумфальное вступление в Париж, свержение ╚узурпатора╩ и Венский конгресс, определивший на последующее столетие судьбы всей Европы.

С этого момента союз между Петербургом и Берлином обрел ╚второе дыхание╩, причем на сей раз он оказался скреплен еще и династическими связями. Прусская принцесса Шарлотта ≈ дочь Фридриха-Вильгельма III и любимая сестра будущего короля Фридриха-Вильгельма IV, выйдя замуж за великого князя Николая Павловича, перешла в православие и приняла имя Александры Федоровны. Здесь следует отметить, что и до этого Романовы не раз женились на немецких принцессах, но все они были представительницами мелких германских княжеств. Пруссия же в начале XIX века к ним уже никак не относилась.

Нас, впрочем, интересуют не столько дипломатические хитросплетения и матримониальные отношения, сколько вопросы, относящиеся к материальной сфере. Ведь тесные культурные контакты между Петербургом и Берлином определялись, в первую очередь, династическими связями, причем личные вкусы и пристрастия высочайших особ влияли на формирование новых стилей в искусстве. Так, если касаться бытовой сферы, то судить о господствующих модных веяниях можно по тому, какими именно ╚презентами╩ обменивались между собой венценосные родственники.

Именно этой теме был посвящен доклад заместителя генерального директора по научной работе ГМЗ ╚Царское Село╩ Ираиды Куртовны Ботт ╚Подарок прусского кронпринца╩. Летом 1818 года король Фридрих-Вильгельм III вместе со своим сыном-кронпринцем посетил Петербург, где великая княгиня Александра Федоровна родила сына, ставшего через несколько лет императором Александром II. Среди подарков, поднесенных кронпринцем своей сестре, оказалась и шкатулка из розового дерева, на крышке которой было изображено имение прусских королей Фрайенвальде.

Форма служебная полковника Королевского прусского бранденбургского кирасирского Императора Николая I ╧6 полка (ГМЗ Царское Село) [увеличить (21k)]

И для кронпринца, и для его сестры это поместье являлось местом, где они провели свои самые счастливые детские годы. Однако необходимо учитывать и еще одно обстоятельство, имеющее самое непосредственное отношение к культурным пристрастиям Фридриха-Вильгельма и принцессы Шарлотты. Оба они всерьез интересовались Средневековьем и, по мнению Ботт, ╚господство ╚готики╩ в русском искусстве 1820√1830-х годов во многом определялось отношением к этому художественному феномену Александры Федоровны. Она выросла на поэзии Гете и Шиллера, увлекалась творчеством романтиков, разделяла ╚искренние немецкие надежды╩ старшего брата, владевшего языком ╚глубочайших мистических символов, понятным им обоим╩.

Как можно догадаться, преподнося в дар сестре шкатулку с видом псевдосредневекового идиллического поместья, кронпринц объяснялся с сестрой на понятном ей языке. Но самое главное заключалось в том, что этот же язык понимал и еще один коронованный ╚рыцарь на троне╩ ≈ супруг Александры Федоровны Николай I.

Можно сказать, что альянс России и Пруссии держался не только на чисто практических соображениях, но и на приверженности монархов двух стран одним и тем же ценностям. Все стало меняться, как только место ╚рыцарей на троне╩ заняли прагматично настроенные монархи.

Во время Крымской войны воспоминания о клятве у гроба Фридриха Великого так и не заставили Вильгельма I прийти на помощь истекавшему кровью союзнику. Однако, подобную осторожность, конечно же, никак нельзя приравнять к предательству. Так что альянс Петербург ≈ Берлин худо-бедно продолжал функционировать и в 1860√1880-е годы. Другое дело, что теперь Пруссия, до этого послушно следовавшая в фарватере российской политики, стала вести собственную игру, небезуспешно пытаясь выступить в роли объединителя Германии.

В любом случае, возросшая самостоятельность Гогенцоллернов не мешала сохранять прежние отношения ╚сердечной дружбы╩ и создавать новые династические союзы с Романовыми. Во всяком случае, брак цесаревича Александра Николаевича был также устроен при самом активном участии Берлина. Супругой будущего императора Александра II стала Максимилиана Вильгельмина Августа (получившая в православии имя Мария Александровна) ≈ принцесса из маленького и абсолютно зависимого от Пруссии Гессен-Дармштадтского герцогства. Подробностям этого бракосочетания был посвящен зачитанный на конференции доклад исследовательницы из Санкт-Петербургского университета Е.И. Жерихиной ╚Приданое цесаревны Марии Александровны╩.

Форма генерала 2√го Саксонского артиллерийского ╧28 полка (ГМЗ Царское Село) [увеличить (17k)]

Почти сразу же после прибытия в Петербург невеста цесаревича попала под опеку своей будущей свекрови Александры Федоровны. Российская императрица обратила внимание на недостаток платьев и белья у принцессы, добившись от Николая I, чтобы он выделил 100 тысяч рублей для закупки приданного. Заметим, что подготовка приданного, как правило, лежит на родителях невесты, но в данном случае было сделано исключение.

Правда, закупать пришлось только обувь, платье, белье, галантерею и предметы туалета. Количество привезенных принцессой драгоценностей, мехов, сервизов, бронзы и предметов сочли вполне достаточным. Общая сумма закупок ╚потянула╩ на 75 тысяч рублей, оставшиеся 25 тысяч были возвращены в Государственное Казначейство. По мнению Жерихиной, ╚Приданное, приготовленное русским двором для будущей невестки императора, показывает отеческую заботу и теплое отношение к ней родственников ≈ императрицы Александры Федоровны и Николая I. Юная немецкая принцесса, приехавшая в незнакомую страну, попала в лоно любящей и, главное, заботливой семьи╩. Однако здесь следует указать и на другую сторону медали. Будучи обязанной всем, вплоть до белья и чулок, императрице Александре Федоровне, невеста цесаревича сразу же оказалась связанной с представителями ╚проберлинского лобби╩ в Петербурге. И тот факт, что, взойдя на престол, Александр II, порой даже в ущерб интересам России, в целом ряде вопросов шел навстречу Пруссии, можно объяснить, в том числе, и влиянием его супруги. Правда, по мере развития романа с княжной Долгоруковой, мнение Марии Александровны уже не имело особого значения. В конце концов, после смерти императрицы вместо русско-германского альянса начал складываться новый русско-французский альянс, окончательно оформившийся в правление Александра III.

╚Царь-миротворец╩, бесспорно, являлся сторонником профранцузской ориентации, а вот его сын Николай II предпринял последнюю попытку восстановить традиционный союз между Петербургом и Берлином. Берлин теперь был столицей не только Пруссии, но и всей Германии┘

Александр I и Фридрих-Вильгельм III, Николай I и Фридрих-Вильгельм IV, Александр II и Вильгельм I┘ Характеризуя свои отношения, все эти монархи не переставали пользоваться словами ╚сердечная дружба╩. Ну, а поскольку реальная политическая обстановка этой дружбе никак не способствовала, то главным средством ее закрепления по-прежнему оставались междинастические браки. Очередной немкой, вышедшей замуж за русского цесаревича, стала принцесса Алиса Гессенская, также принявшая в православии имя Александры Федоровны. Таким образом, два русских царя с именем Николай были женаты на полных тезках. Уже одно это обстоятельство казалось знаковым. Возможно, именно исторические ассоциации способствовали тому, что Николай II и Вильгельм II одно время искренне тянулись друг к другу. Они часто встречались и даже имели общие интересы, лежавшие, прежде всего, в военной сфере.

И пусть внешнеполитические противоречия никуда не исчезли, ничто не мешало двум монархам обмениваться любезностями. Так, Вильгельм II был почетным шефом нескольких русских полков. Как следует из доклада сотрудника ГМЗ ╚Царское Село╩ Алексея Сергеевича Рогатнева ╚Германские шефские мундиры из гардероба Николая II в Александровском дворце╩, его венценосный кузен Николай II являлся шефом и офицером сразу семи полков германской армии: 1-го Вестфальского ╧ 8, Королевского Прусского гвардейского гренадерского императора Александра I ╧ 1 (аналог нашей ╚петровской╩ бригады), 1-го Баварского шеволежерского, 2-го лейб-драгунского Гессенского ╧ 24, 2-го Саксонского артиллерийского ╧ 28, Королевства Прусского Бранденбургского кирасирского императора Николая I ╧ 6 и Королевства Прусского 2-го гвардейского драгунского, а также капитаном 1-го ранга Императорского германского флота.

Принадлежавшие Николаю II мундиры вышеуказанных частей составляют одну из наиболее ценных коллекций воинского обмундирования, хранящихся в экспозиции Царскосельского музея-заповедника Любопытно, что эта коллекция сравнительно благополучно пережила революционные бури (пропало лишь несколько пар обуви), а также эвакуацию времен Великой Отечественной. Перенесла она и русско-германскую ╚сердечную дружбу╩, которая закончилась еще в 1914-м.

Конец этой дружбы не пошел на пользу ни одному из партнеров. В 1917 году рухнула Российская империя, а спустя год и Германская. Как следствие, обе страны получили еще одну мировую войну ≈ самую кровавую из тех, что знала история. Вот только лидерами России и Германии в этой войне были уже не благородные монархи, а люди совершенно иного склада, которые не были родственниками, не обменивались подарками, и, самое главное, даже понятия не имели о том, что такое ╚сердечная дружба╩.